"Мы никогда не подозревали, что такое может произойти. Я никогда не думала о том, что буду работать вместе с бывшим убийцей ГИДРЫ, безжалостным линчевателем и огненноголовым демоном. Никогда даже не представляла себе то, что мы станем одной командой и будем действовать, как единое целое, чтобы остановить человека, который хочет уничтожить всю нашу реальность. Читать дальше
гостевая занятые персонажи занятые внешности нужны в игру сюжет правила
20.05 - Списки на удаление ожидают реакции!
13.04. - Списки на удаление уже готовы и ждут вас!
08.04. - Апрельский номер MARVEL PULSE: SUNDAY NEWS уже доступен!
07.04. - Немедленно поздравьте Хелу, что Богиня Смерти с Днем Рождения!
24.03 - Новая новая жертва в пяти вечерах Сэм Уилсон !
20.03. - Новая акция, новые сюжеты и новое голосование в пяти вечерах Глас Администрации! !
08.03. - Милые, очаровательные, порой невероятно брутальные и сильные девочки, с международным женским днем Вас, милые! !
04.03. - Свежий номер наших Marvel Pulse: Sunday News !
03.03. - А мы поздравляем Джонни Блейза с Днем Рождения! !
01.03 - Весна идет, весне дорогу! С Новым Дизайном Вас!
28.02. - Ищите свое имя в списке навылет !

Текущее время: март-апрель 2017 г.

И пока Танос спешит к Земле, Апокалипсис уже почти собрал своих Всадников и начал свое шествие по планете.

28.01.2017 Нью-Йорк пережил нападение и довольно серьезно разрушен.

01.03.2017 Первое выступление Всадников Апокалипсиса в этом мире.

01.02.2017 Мстители готовятся к вылету в Ваканду - ждите новый сюжетный эпизод!

Marvel Pulse: Feel the Beat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel Pulse: Feel the Beat » The present days » [9.03.2017]: [Раскаты грома*]


[9.03.2017]: [Раскаты грома*]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://ipic.su/img/img7/fs/tumblr_p6i3hoP9lL1rcn1qfo3_400.1525984390.gif

http://ipic.su/img/img7/fs/ezgif.1525984416.gif

Дата, время: 9 марта, раннее утро. Место: Китай, Баодин, Пекин.
Участники:
Erik Lehnsherr, Elizabeth Braddock.

Описание событий:
Всадники отправляются в Китай чтобы сообщить всему миру о пришествии Апокалипсиса. В процессе разбоя они натыкаются на Мандарина, который, кажется, серьезно напуган неожиданным появлением Войны и Голода.
* - Отсылка к военной операции 2 марта 1965 года.

+1

2

У нее было время, чтобы зализать раны и прийти в себя. Война после событий в Мекке пребывала в состоянии, которое сложно описать словами. Она до сих пор оглядывается назад, пытаясь понять, как так вышло, что кому-то на мгновение удалось пробиться к Псайлок, и дернуть за нитки? И сделал это совершенно незнакомый человек. Но Брэддок была подавлена, загнана в клетку, и теперь была под особым контролем со стороны Войны. А последняя поднимается с кровати, лениво потягиваясь, разминая затекшие мышцы, и шагает в сторону душа, не стесняясь своей наготы. Последние пару дней она находится в Гонконге, подготавливает операцию в ожидании Голода, с которым ей еще не доводилось до этого работать. Но Псайлок приглядывается к каждому, они порой собираются вместе, но после Мекки Война испросила разрешения работать карающей дланью или в одиночку, или с Голодом. К Смерти и Чуме ей не хотелось подходить, они вызывали у нее слишком теплые эмоции, которые неизменно вели к тому, чтобы Брэддок сопротивлялась, надавливая на болезненные точки. 

Война никогда не лезет первая на рожон, ей нравится следовать тенью за теми, кто первый кидается в гущу событий. Псайлок, как Богиня Войны – Морриган, движется между людьми невидимкой, сеет смуту и страх, вонзает свой меч в лоно земли, обнажая пороки и ужасы, которыми полна та. И сейчас она готова идти рука об руку с тем, кто прекрасно ее дополняет – Голод. О, до того, как стать Всадником, этот человек был столь же опасным, как и его лучший друг, хотя друг ли. Эрик Леншерр – один из членов КАПа, в котором состоял и отец Элизабет Брэддок, а позже и она сама. И вот сейчас Брэддок ступает в портал, который открывается рядом с Эриком, и Война улыбается своему собрату.
- Голод, рада видеть тебя, - она чуть склоняет голову в приветственном кивке. Можно даже сказать, что она искренне ему рада. В конце концов, неделя, которая прошла в агонии и аду из-за ранения от Призрачного Гонщика, выбила ее из общего графика разбоев и нападений, и сейчас тело и душа требовали разборок, полыхающих домов и вкуса страха на губах. Пока остальные Всадники воюют на другом конце света. Брэддок устраивается за столом, закидывает ноги на него, и рассматривает свои ногти, пока шлем красуется рядом на полу. Она в ожидании, когда Голод скажет, куда он хочет, и что ему надо.

- Считай, что сегодня я твое официальное распоряжение. Я уже привыкла, что наш Господин предпочитает использовать меня в качестве вашего прикрытия. Похоже, что мной не сильно дорожат, - Псайлок тянет губы в ухмылке. Она сознательно кидает такие фразы, зная, что Апокалипсис слышит каждое произнесенное ею слово. И да, он скорее всего дорожит ею, просто знает, что именно она будет кидаться вперед в случае необходимости грудью на амбразуру и держать оборону до последнего. Человек, у которого не осталось ниточек для того, чтобы удержаться на земле не будет думать о последствиях, он просто будет делать то, что считает нужным. А Война считает, что необходимо, если уж не веселиться, исполняя волю Сабах-Нура, так уж хотя бы не скучать.
- Я шучу. Если я перестала быть собой, то это не значит, что я совсем потеряла чувство юмора. Война – это не грустные мины, это безумие и хаос, в который погружаются с головой, - Псайлок улыбается, она в считанные секунды оказывается за спиной у Голода, шепча последние слова ему на ухо. Обходит мужчину и оказывается нос к носу с ним. – Ну, что, готов? – Рядом разгорается портал, а Война приподнимает бровь, их ждут миллионы китайцев, часть из которых сегодня падет смертью храбрых, но сначала ее Голод поднимет себе настроение, а заодно и ей. – Веселье только начинается. Надеюсь, что хотя бы ты не будешь таким занудным, как наш брат – Смерть. И, да… В этом городе сегодня один старый друг, который даже не подозревает о нашем появлении. Надеюсь, что ты позволишь мне быть первой, кто отправит ему весточку?

+1

3

Эрик понимает, что в его жизни было слишком много страданий. Именно они его изувечили, сломали на корню весь тот стержень, который мог бы в нем быть. Сабах-Нур сделал из него еще большее чудовище, чем Шоу. И если раньше у него была только одна цель – месть, то сейчас это чувство имело множество оттенков и цветов. Эрик больше ничего не помнил. Ни свои светлые мысли о желании спасти и заботиться о мутантах, ни даже призрачную идею создать идеальную страну для людей с иксгеном, где никто не будет ставить над ними опыты или относиться как к мусору. Где все они будут жить обычной нормальной жизнью.
Это были призрачные мечты, непонятные нынешнему Эрику. Умом он понимал, что повелитель что-то у него отнял, безусловно он дал Эрику силы. Очень много сил, но разве он просил ее? Разве он не шел ради того, чтобы спасать и защищать? А теперь все его мысли сводились к мести. Дикий, мучительный голод, бесконечная жажда, выжженная солнцем пустыня прямо внутри. Черная гребаная дыра. Эрик мог злиться. Мог ненавидеть, мог упиваться местью мерзким людишкам, но голод внутри него был бесконечен. Как бездна, только ни за что не смей туда смотреть. Эрик был чудовищем. По мнению Сабах-Нура самым идеальным. Ему даже не пришлось ломать сознание самого Леншерра, достаточно подкинуть пару картинок в голову, приумножить силы, надавать на самые болезненные воспоминания из детства, утраты матери, утрату друзей, утрату смысла, и все, Эрик сдается. Ломаются с громким хрустом стены бастиона которые он возводил сорок с лишним лет. У него была жена, у него была дочь. Их всех убили. Это сделали мерзкие людишки, и голод в Эрике просыпается моментально.
Сабах-Нур знал какое имя давать своему первому всаднику. Эрик не протестовал, даже не думал о войне, только о выжженных полях, разлагающихся трупах, взглядах полных ужаса, искореженных и испуганных даже в мыслях. Эрик ненавидел Асвенцим всеми фибрами своей души. Но мысленно все прогонял и прогонял воспоминания всего того ада, в который его успели окунуть фашисты и Шоу. Эрик ненавидел. И чем больше он ненавидел, тем больше становилась в нем черная дыра. Иногда Эрику казалось что он сам себя убивает, это все неправильно, у него был другой план, он мог бы даже уничтожить Сабах-Нура, но Апокалипсис словно видел это на лице своего всадника и каждый раз смеялся над Эриком.
- Ты слишком предсказуем, мое дитя. Ты бесстрашен, я не признаю предательства, но твоя дерзость покорила меня. Ты стоишь своего имени, Голод. Мой Голод, - Эрик только презрительно морщился и…оставался каждый раз. Выполняя все приказы хозяина, не боялся ему перечить, не боялся демонстрировать свое собственное мнение. Он был независим. Не подчинен тысячи и одной боли, которая была у других братьев. Они слишком были поглощены уничтожением, разбоем, как марионетки, куклы, но даже их бы Эрик спас, если бы убил хозяина. Сколько раз они играли с Апоком в гляделки? Эрик каждый раз проигрывал. Нет, ему не нужно было выиграть эту битву. Ему не нужен мир. Ему не нужна победа. Достаточно одного призрачного символа и его собственной воли, достаточно только желания. Он себя именно так и уверял, успокаивал. Но дыра все росла и росла, а желание поддаваться воле Апока становилось все сильнее. Эрик испытывал настоящий голод. Куда бы его Сабах-Нур не послал, чего бы не захотел, Эрику было все мало. Он злился все сильнее и становился в такие моменты особенно безрассуден. Апокалипсис смеялся, Эрик поджимал губы и всегда уходил в самоволку. Другие всадники с ним почти не работали, нет, не потому что Эрик был особенным или мнил о себе слишком много. Он просто боялся что не сможет насытиться, если придется с кем-то делить свою добычу, свой разбой. Апок требовал от него ума, расчетливого плана, кражи важных политиков или бизнесменов, еще миллионы всякой ерунды, и все это…никак не могло утолить голод.
Когда ему сказали, что он может работать в паре с Войной, и это будет просто хаос и смерть, он испытал призрачное наслаждение, предвкусие свободы, о которой он так мечтал. Месть. Он мечтал утолить свой голод, так сильно, что согласился на все условия.
Война нравилась ему. Она была отчаянной, даже немного безумной, и такой свободной, что ей нельзя было не завидовать. Но ему кажется, что Война сама не понимает какой благосклонностью пользуется у господина.  Если Эрик для него ценный ресурс, уникальный питомец в коллекции с неплохими бонусами и своими обязанностями, то Война - это целый океан свободы. Господин ей доверяет даже больше чем кому-либо, прикрывается ей, полагается на ее мощь и желание рваться в бой. У Эрика не было такого, все что он делал, делал для себя, а не для того чтобы что-то кому-то показать. Ему вообще плевать на мир состоящий из людей, этим грезит Сабах-Нур. Эрик бы предпочел остаться в мире где есть только мутанты. А люди мертвы. Навсегда. Наверное, поэтому Господин держит его на прочном поводке мнимой свободы мысли и разума. Эрик это тоже ненавидит. Но отказать Господину не может. Или уже не хочет, он неумолимо сломлен, подавлен, изрезан той чертовой монеткой, которой прорезал дыру во лбу Шоу.
Когда тонкие пальцы Войны касаются его плеча, Эрик только скашивает взгляд на ее руку. Она такая живая. Такая горячая и настоящая, что ему сложно не обращать внимание на ее внутренний пожар. Нет, это целый вулкан, и он готов даже из него выпить столько, сколько сможет, лишь бы утолить свой гребанный голод.
Наверное, это страшно, когда на всех смотришь таким взглядом. У Эрика это выходит не специально. Он пожирает. Поглощает. Даже не прикоснувшись или не заговорив.
- Ты такая живая. Значит я смогу насытиться? Всем, что ты мне покажешь, да? – Эрик улыбается во всю свою акулью улыбку. Это оскал хищника, очень голодного и опасного хищника. И этот зверь охотится на других охотников ночью, и так же бесследно исчезает, стоит поймать жертву. Война предлагает ему не скрываться, и Эрик искренни этому рад. Ему нравятся слова Бреддок.
- Можешь делать что хочешь. Я хочу уничтожить целый округ, не только город. Они должны запомнить. Если Мандарин придет, - А Эрик знает о ком говорила Война, - То мы будем ему только рады, - Эрик встает и подыгрывает Войне, касается ее талии кончиком пальцев, чертит линию от бедра до самых грудей, прямо по кромке шва и доходит до выреза на груди, задевая нежную кожу горячим пальцем с черствыми подушечками пальцев. И тут же убирает руку полностью теряя интерес к девушке. Да, в нем кипит возбуждение. Это и страсть, и голод, и предвкушение, масса эмоций и чувств, которые ему разрешил оставить Сабах-Нур. Эрик расчетливая скотина, но кое-что своего у него еще осталось.
- Мы уничтожим все, а может даже больше, Война, - Они ступают в портал, оказываясь за пригородом Пекина, в живописных местах на небольшой горе. В Пекине ночь, время близится к утру, но яркие огни ночного города даже за много километров слепят Эрика. Он закрывает глаза вскидывая руки чтобы ощутить количество людей в этом городе. Металла, крови, залежей глубоко внутри под самим городом. И ухмыляется, довольно.
- Ты когда-нибудь видела, как город осыпается как карточный домик, от землетрясений? – Это очень безумная улыбка, да она даже на улыбку не похожа. В глазах Эрика целый ад, радость и бездна. Все это смешано в безумный коктейль под именем Голод. Эрик сам как черная дыра.
- Отправляйся туда. Я хочу посмотреть со стороны, - Эрик взмывает в воздух раскинув руки, провожая взглядом девушку с интересом.
Покажи мне свою свободу, Война.

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-05-16 02:24:14)

+1

4

Им руководит голод, жажда, и глядя на этого мужчину со зверинным оскалом вместо улыбки, Война невольно думает о том, что отношения между ними всеми больше похожи на инцест. Они гораздо выше, чем простое и мирское, они уходят в другое русло, извиваются и превращаются в мириады звезд в конце концов. Война не считает такие взаимоотношения чем-то неправильным, наоборот. Она ловит каждое прикосновение Голода к своим обнаженным участкам кожи, что мгновенно покрывается мурашками. Ее не страшит сгинуть в его голубых глазах, скорее это придает некоторую пикантность каждому произнесенному слову. Псайлок понимает, что на самом деле она не интересна Эрику, что нечто другое занимает его мысли, или некто другой. Но сейчас это все не имеет никакого значения. Всадники живут только настоящим, только здесь и сейчас. Война знает, что может принести хаос в любой мир, в любое пространство, даже в пустынных лесах Амазонки, где лишь животные и насекомые, она может устроить вакханалию.
- О, Голод, ты можешь брать все и не отдавать ничего. Так что насыщайся, чем пожелаешь, кроме разве что этого тела. Но думаю, что оно тебе не интересно, - ее губы касаются его щеки, скользят ниже по подбородку и едва задевают нижнюю губу, но Псайлок тут же отходит в сторону, подтягивая перчатки до локтей, и поправляя шлем на голове. На самом деле самым идеальным вариантом было бы отказаться от него, но это милая деталь костюма уже стала ей привычной, поэтому Брэддок не спешит ее выбросить. Ее ладонь ложится в ладонь Голода, когда они вместе делают шаг в портал. Война прикрывает глаза, прислушиваясь к миллионам голосов, что легкими перезвонами звучат у нее в голове. До каждого она может дотянуться, к каждому подобраться, свести с ума, но не делает этого, пока не делает. Лишь согласна кивает на слова Эрика, который, кажется, настолько оголодал без ярких эмоций, что готов немедленно уничтожить бедный Пекин.
- Так ты жаждешь играть по-крупному, мой Голод? Отчего же ты раньше мне об этом не сказал, я бы приготовила что-нибудь более эпичное. Позволь мне разыграть небольшую сценку, - Псайлок улыбается. Ее чуть раскосые глаза похожи на кошачьи, они светятся мягким фиолетовым светом, а вокруг лба едва намечаются крылья бабочки, готовые в любой момент сорваться в вольный полет, превращая этот огромный город и его жителей в послушных подавленных тварей. Она не боится ни бога, ни черта. Ей плевать на последствия, Война знает, что наказания именно для нее не будет никогда. Принять смерть – это честь, она создана для этого. Больно будет той, что может вернуться после нее. Раздробленная на куски свободой, которую ей даровал Господин; собственными деяниями; человеческой кровью – Элизабет Брэддок должна будет перестать существовать в этом мире по собственному желанию. Война улыбается этой мысли, даже если она уйдет, то сделает, что хотела.
- Ты когда-нибудь видел, как люди сходят с ума в одно мгновение? – Война отвечает вопросом на вопрос, приподнимаясь на землей. Она не использует портал сейчас, парит в воздухе, вытягивая носочек. Еще мгновение, и оставив вопросы без ответов, Псайлок мчится в сторону Пекина, проносится над верхушками домов, взмывает к небоскребам, приземляется на невероятно высокие строения, присаживаясь на стеклянные крыши. В некоторых еще горит свет – известные труженики, пчелки, они работают ради того, чтобы жить, они все хотят чего-то, но получают ничто. Даже огромные деньги, стругаемые корпорациями, не принесут им должного удовлетворения. Вся проблема в том, что у них нет свободы. Нет чувства покоя и восторга от того, что они делают.
Она мягко приземляется на крыше очередного здания, выбивает дверь с ноги, и медленно спускается вниз по лестнице, с усмешкой обращаясь к Голоду:
- Ждешь, когда крысы побегут из этого карточного городка? Смотри, как можно подарить свободу, - Псайлок оказывается в студии. Это здание принадлежит крупной телестанции, держащей сразу несколько телеканалов федерального значения. И сейчас идет прямой эфир новостей
- О, прошу вас, не надо вставать, - Брэддок улыбается, осматривая помещение, и крутится вокруг своей оси, глядя в глаза почти каждому, - надеюсь, что мы друг друга понимаем. Впрочем, для вашего удобства, я могу перейти на китайский, мне не сложно. Хотя я могу проявить неуважение и перейти на японский. Да-а-а-а, эта идея нравится мне больше, - движением руки, легким и изящным, она выбрасывает ведущую из кресла, и устраивается на ее месте. – Камеры на меня, - они слушаются ее. Не могут не слушаться, они под влиянием Войны. У каждого чешутся ладони начать бой, каждый дрожит от нетерпения.
- Милые собратья мутанты, возрадуйтесь, ликуйте! Ибо на землю спустился Господин наш и Спаситель! Эн Сабах-Нур приведет нашу расу к высшему предназначению, не будьте рабами у тех, что стоят ниже по ступени эволюции, - она прекрасна в своих речах, Элизабет Брэддок кажется просветленной и вдохновленной, ее сладкие речи могут уговаривать и захватывать, она воодушевляет, ее сила возросла настолько, что мало кто может справиться с телепатом таких возможностей. Люди возле экранов замирают, а до Голода доносятся отрывки ее фраз, вызывая неизменную ухмылку.
- Восстаньте против системы! Этот мир принадлежит нам! Долго ли мы будем терпеть притеснения и подписания договоров, которые тянут нас в яму регресса? Не будьте, как они, будьте… - Псайлок медленно закрывает глаза, втягивает полной грудью воздух, и также медленно его выдыхает, в мгновение распахивая глаза, что наполнены яростью, - …будьте как я и Голод. Убейте их всех.
Связь прерывается, те, кто сейчас присутствовал в этой комнате, внезапно, словно по мановению волшебной палочки, бросают на пол все оборудование, идут к огромным панорамным окнам, и начинают бить по ним кулаками. Война же сидит в кресле, рассматривает спины почти со скукой, и тут же меняет ситуацию, всего лишь рванув на себя стекла, что мелкой крошкой сыпятся на пол. Шаг, еще один, еще… Люди летят вниз с небоскребов, она летит рядом с ними, смотрит в глаза, где не замечено страха, и улыбается. Вот это означает свобода.
- Голод! Неужели ты пропустишь все веселье! Я сегодня необычайно добра! - Псайлок взмывает ввысь, разворачивается лицом к месту, где только что была, и прикидывает свои силы,- если ты не составишь мне компанию, то я убью каждого, кто тебе дорог. А кто тебе дорог я узнаю, пока ты спишь, - Война довольно мурлычет, поднимая руки ладонями к небу, она щупает слабые точки в этом здании, расшатывает их телекинезом, аккуратно камешек за камешком, пока из-за ее плеча не начинает чувствоваться нарастающая мощь – злой и очень голодный Эрик Леншерр. Рядом с таким даже Война может потерять голову, вот кто был создан для того, чтобы быть Всадником. Таким, как она думает.
- Потом накажешь меня за слова, - она с восторгом наблюдает за работой мастера, испытывая почти эстетический оргазм, захватывающий хрупкое на вид, но невероятно сильное тело на самом деле. Пальцы подрагивают, сердце колотится в груди. И ведь это только начало.

+1

5

Чувства Эрика это всеобъемлющий хаос. Его голод, это константа между его душой и чувствами. Все что делает Эрик в этой жизни, только ради того, чтобы, заглушить в себе эту бесконечную мучительную жажду. Эрик знает что придет день, один из его последних, когда бездна наконец-то посмотрит на мир из него и ничего больше не останется. Сабах-Нур еще держал его от этой тяги, он знал, что желания Эрика включали в себя уничтожение всех людей. Он чувствовал во взгляде своего всадника каждый излом, растущий с каждой минутой все дальше и глубже. Господин знал насколько Эрик опасен в своем безумном стремлении добиваться своих целей. И это была еще одна причина почему Магнето был прочно привязан к ноге господина. Только сильная рука и удерживала ту дикую тварь от дикой охоты, нет-да-нет дергала за поводок заставляя вспомнить Эрика кто тут хозяин и повелитель. Они оба знали, что внутри Эрика не меньше сил и желания устроить настоящий конец света. Вот он, спаситель мутантов, чудовище воплоти, и Сабах-Нур сам вырастил в нем это.
- Смерть — это свобода? У тебя милосердное сердце, моя Война, - Эрик хотел ее чувства. Быть ею, быть в ней, ощущать все так же ярко, радостно, легко, свободно, словно птица в воздухе. О, как же он хотел. За ее жизнью наблюдать было интересно, Эрик даже склонил голову набок, улыбаясь еще зубастее на каждое слово угрозы в свой адрес.
О, девочка, вызови меня на дуэль, дай мне повод сожрать твое сердце. Я бы смог. Я бы хотел. Эрик смотрит вниз, на то как разбиваются маленькие фигурки людей оземь, как трясет здание, и улыбка медленно сползает с его лица.
Его голод, это неудовольствие. Не единение, даже не цель. Это мучительная пытка воспоминаний из прошлого. Для него вся эта боль и желание мстить за боль практически едины. Нет черного без белого, нет смерти без жизни, нет боли без покоя. Эрик как одна сплошная бездна, даже взгляд его зелени глаз темнеет, превращается в мутное болото, в черноту из грязи и боли. Пальцы Эрика дрожат, а вместе с ним дрожит и вся земля. Сначала раздается громкий, оглушительный скрип, движение магнитных полей, Эрик чувствует сейчас все что находится вокруг него. Даже мутантов, редких, замученных, непризнанных, запуганных. Эрик ликует. Он освободит их всех, сожрет весь этот ужас в глазах, покажет Войне что такое настоящий голод. Это бесконечность. Потому что в бездне не бывает начала, и не может быть конца.
Высотка вздрагивает, а потом рушится как настоящий карточный домик, этаж за этажом, складываясь в себя, проседая в огромных облаках пыли. Теперь вибрация ощутима физически. Война увидит, война поймет. Эрик может сотворить целый мир на этом пепелище, но не хочет. Только утолить свой голод, стереть весь город. Вокруг женщины текут тысячи и десятки тысяч металлических осколков, некогда бывшими, машинами, сваями домов, панелями и бог знает чем еще. Земля словно кричит, а вместе с ней и Эрик. Полный боли всего мира, его голода и силы. Вены на руках Леншерра вздуваются, взгляд почти наливается кровью, а в руках вся мощь целого плато. Он чувствует его. Так сильно, что мог бы даже сдвинуть землю.
Город дрожит. За спиной Бреддок один за одним начинают оседать дома, рушатся улицы, умирают люди, их крики о помощи и боли тонут в звуках текущей силы Эрика. Только маленькие редкие фигурки остаются невредимыми, защищенными под куполами силовых магнитных полей. Мутанты. Они в ужасе, они не понимают, что происходит, но Эрик сбережет их жалкие жизни ради господина и своего принципа. Где-то там, на задворках своего сознания Эрик помнит, он хотел, чтобы они все жили.
Город плачет. Город кричит. Маленькая девочка под одним из куполов прижимает к себе плюшевого медведя и все кричит «мама-мама-мама», но никто к ней больше не придет. Мама человек, она не заслуживает шанса на жизнь, раз думает что искупит свои грехи взяв на попечение девочку-мутанта. Эрику плевать как сильно страдают его собратья, тот кто слаб – все равно погибнет, а кто сильнее – встанет рядом с ним и войной.
Пекину больше не жить, как и не жить всей этой земле. Эрик раскачивает землю под остатками зданий, разбирая по кусочкам все, что успели построить эти людишки, превращая целый мегаполис в настоящий некрополь.
Если бы земля могла кричать, она бы стонала и плакала, мычала и дергалась от боли, от железных игл, которые втыкал в нее Эрик. Он чувствовал сейчас каждую крупицу металла в этом городе каждой клеткой своего тела. Он мог бы построить повелителю новую Пирамиду, новый палац, целый огромный город прямо на телах убитых людей. Он мог бы.
Но бездна в Эрика клокотала недолго, вонзая в сердце Магнето каждый раз новую иглу. Его воспоминаний почти не осталось, только гнев, только желание убивать, уничтожать. Его отчаяние, глубокое и несокрушимое, месть, обжигающая как лава, и глаза холодные как лед. В Эрике жил монстр, сил которого бы хватило поглотить весь мир.
- Ты это хотела увидеть, Война? Это?! – Он не мог больше успокоиться. Невидимые магнитные змеи поползли по земле дальше, далеко за пределы Пекина, Эрик взмыл в самый верх, возвышаясь над открывшимся хаосом. Вот он. Король без земли и людей, человек без чувств, существо без души и прошлого.
Господину нужен был именно этот монстр в Эрике. Он точно знал кем может встать его всадник, а ведь когда-то у Магнето были благие намерения спасти всех несчастных, он даже спасал людей, пусть не без Чарльза, пусть этот мутант и навязывал ему свою доброту, показал что есть другая сторона, но…Эрик не чувствовал больше ровным счетом ничего.
Вся его страсть, вся его сила, весь его голод, все это мог понять только господин и другой всадник. Беттси Бреддок, некогда бывшая человеком наверняка бы ужаснулась тому, чем стал Эрик Леншерр. Но Эрику нравилась всадник Война, и все о чем он думал, это о ее свободе. И он жаждал показать свою.
- Я подарю тебе все жизни этих людишек. Скажи, чего ты хочешь еще, Война? – Чувства. Эмоции. У Войны этого было вдоволь, чего не было у Эрика. У нее была она, а у Эрика только его вечно голодная стерва – бездна, которая не давала ему покоя. Это проклятье хуже вечных пыток, это не дает тебе насытиться даже кровью твоих врагов, в этом нет покоя, никогда не будет, но именно это то, что называют Голод.
Эрик даже не услышал удара со стороны, его силовой щит даже не вздрогнул, ведь магнитные поля Магнето почти не пробить. Еще одна фигурка весела в воздухе наблюдая за хаосом всадников со стороны.
- Зачем вы здесь, творения Хаоса? Кто послал вас? Ты жив, Магнето? Мир думал ты погиб! - Мандарин. Его плащ развивался под дуновениям ветра, длинные волосы были стянуты в тугой хвост, а взгляд излучал решимость и удивление. Кажется, он был наслышан о деяниях детей Сабах-Нура даже больше, чем раньше.
- Уходите, это мои земли, - Уверенности в его голосе Эрик не слышал. Он до сих пор не верил в то, что Магнето был жив, и наверняка не осознавал насколько Эрик был сейчас молод. Мандарин перевел взгляд на Войну и его взгляд сузился.
- ТЫ! Это ты привела его сюда?! Ты умрешь вместе с ним! Вы оба!

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-05-20 19:10:42)

0


Вы здесь » Marvel Pulse: Feel the Beat » The present days » [9.03.2017]: [Раскаты грома*]